|
На грязной кремовой стене справа от двери его демонстрационное егэ 2010 г , как и прежде, красовалось выведенное с помощью аэрозольного баллончика коротенькое, всего в два слова, сообщение о том, что какая-то Ира, оказывается, не блистает умственными способностями. Под этим сообщением белел свеженький график дежурств 2010 лестничной клетке, который каждый месяц с достойным лучшего применения упорством вычерчивала Инга Тимофеевна из квартиры напротив. Скользнув по графику равнодушным взглядом, Кареев заметил, что вредная бабенция начисто проигнорировала факт его демонстрационного отсутствия, включив его фамилию в список. Слегка качнув головой в знак преклонения перед ее демонстрационным упорством, Андрей бросил окурок в угол и вставил ключ в замочную скважину. Замок привычно щелкнул, и дверь гостеприимно распахнулась, впуская его в прихожую.
Какие уж тут мусорные ведра! Нечего на 2010 2010 егэ разводить. Романтика дальних странствий, блин. Как бы то ни было, какой бы срок ему не оставался, мусор все же следовало вынести. Не жить же в этой чертовой вони. Возле мусоропровода, как тигр у водопоя, его поджидала старая карга Инга Тимофеевна. Андрей коротко кивнул ей, надеясь, что этим дело и ограничится, но старуха была не из тех, кого можно легко смутить и, тем более, обойти, не удостоив вниманием. Она шагнула наперерез, выставив напоказ всю свою коллекцию зубных протезов и сделавшись от этого похожей на белеющий у обочины караванной дороги полузанесенный песком конский череп. Андрею захотелось закатить глаза, но вместо этого он выдавил из себя ответную улыбку: провоцировать старуху на скандал ему не хотелось, она только того и ждала. В ноздри шибанула затхлая вонь, удивительно сочетавшаяся с голосом Инги Тимофеевны. Спрессовавшийся гнилой мусор наконец вывалился из ведра и зашуршал вниз по бетонной трубе. Творческая, добавил он зачем-то. А убирать лестницы должна уборщица. И знаете что, Инга Тимофеевна? Это еще проверить надо, какая у тебя была командировка! Ведро все равно источало тошнотворную вонь, и Андрей вымыл его до скрипа, предварительно закурив еще одну сигарету, чтобы затхлый запах гнили не забивал ноздри. Только протерев ведро насухо заскорузлой половой тряпкой, он заметил, что так и не снял куртку и по локоть намочил рукава. Вздохнув, Андрей разделся и скинул тяжелые, насквозь промокшие ботинки. На кухне уютно бормотал холодильник.
|
