|
Прости, Андрей, но тренировочного материалы по егэ по обществознанию тренировочного материалы ожидал по от тебя! Итак, подобной глупости я от тебя не ожидал. Как ты мог такое подумать? На них начали оглядываться, и Илларион укоризненно покачал головой. Ну, какого черта ты там делал? Меня он, видите ли, заметил. Машину заметил, а тебя не нашел. Забродов ухмыльнулся, все присутствующие, как один, вздрогнули и обернулись, но командный голос полковника возымел действие: в отдалении возникло и стало неторопливо приближаться, лавируя между столиками, некое видение в мятой белой куртке, натянутой на грушевидный, заметно расширяющийся книзу торс. Судя по усам и короткой стрижке, видение было мужского пола, и Мещеряков досадливо поморщился: он не любил мужчин, занятых в сфере обслуживания, по старинке полагая, что разносить напитки совершенно не мужское занятие. Тебе нужно было о чем-то поговорить. Мещеряков проводил его долгим взглядом, сухо откашлялся в кулак, зачем-то подергал узел галстука, словно тот вдруг начал его душить, и снова повернулся к Иллариону.
Что это за место, обществознанию по я тебя не заметил? Просто униформа настолько бросается в глаза, что на лица практически не обращаешь внимания. А тебе не кажется, что это попахивает маразмом? Если за мной и есть грехи, то замаливать их не мне. А что до маразма, так в прежней моей профессии его было гораздо больше. Мещеряков снова помянул черта и растерянно замолчал, с интересом разглядывая Забродова. Ничего не скажешь, Илларион во все времена умел удивлять, но это уже не лезло ни в какие ворота. Интересы государства штука скользкая, а Илларион всегда любил, чтобы под ногами была прочная опора. Забродов только ухмыльнулся в своей всегдашней манере, способной добела раскалить айсберг и заставить черепаху в ярости метаться по потолку. Я, собственно, только хотел сказать, чтобы ты не пытался, гм. Бог тебе судья, Андрей, но если я узнаю, что ты как-то причастен. Это выглядело довольно страшно: его лицо сделалось грязновато-белым, как больничная простыня. Мгновенно произошла перемена словно кто-то переключил телевизор на черно-белое изображение. Ну, ты же знаешь, это все мой язык. Да прекрати же ты истерику, что за бабские штучки! Краски постепенно возвращались на его лицо, на нем даже проступил странноватый, пятнами, румянец. Все равно я вряд ли что-то почувствую. Как отмерзло что-то внутри после той ночи, ей-богу. Шаркая подошвами, к столику подошел официант, неся фужер с водкой и заказанную Илларионом чашку кофе.
|
