|
И все это не язык тест о том, что они только что появились перед этой женщиной прямо из воздуха. Путешественники постарались успокоить старуху и она, по-прежнему считая, что они то ли дьяволы, то ли вестники от Золотого Рангавицаха, рассказала им, где находится торговый квартал города. Вал сладко улыбнулась ей на прощанье. Когда вернемся, мы принесем вам подарок. Чего бы вы больше всего хотели? Дубленое морщинистое лицо старухи еще сильней сморщилось от удовольствия, а в глазах появилось выражение, напоминающее о маленькой девочке, которой она была когда-то. Старуха возбужденно пристукнула метелкой. Редферну казалось, благодаря спрятанному в волосах переводчику, будто старуха говорит с ним на совершенно понятном языке. Вивасьян сообщил, что этот переводчик является последней моделью и бесконечно превосходит старые образцы с ручной настройкой. Услышав последние слова он разразился веселым смехом. Они вышли в нарангонский город, питая больше надежд на будущее, чем когда-либо с тех пор, как покинули Сенчурию.
И вышли бы мы сюда очень далеко от города через какое-то измерение, которое он, по-моему, назвал Шарнавой. Он в последнее время становился все молчаливей, тогда как Нили расцветала. Редферн догадывался, что на долю юноши выпали все треволнения, связанные с ожиданием появления на свет новой личности. Они шли по проспектам, окруженным низкими, широкими домами с желтыми крышами, белыми стенами и красными дверями, немногочисленные и сплошь зарешеченные окна которых указывали на культуру, направленную внутрь жилища, использующую внутренние дворы. Светило солнце, хоть и не столь горячее здесь, как в Сенчурии. Люди проходили мимо них, не уделяя второго взгляда, несмотря на всю экзотичность облика путешественников. Улицы заполняло большое количество транспорта, запряженного лошадьми и диковинными конопатыми животными, а также электрических автомобильчиков на толстых надувных шинах, скиммеров и аппаратов на воздушной подушке. Множество культур беспорядочно смешивалось здесь, так же, как и в Сенчурии. Широкие улицы и площади наполняло живое трепетание деятельности, целенаправленное движение. Найти улицу Ножевщиков оказалось легко, она была всего в двух кварталов егэ-2010 того места, где они спросили дорогу, а дом под вывеской с арбалетом располагался точно посередине улицы большой белый трехэтажный дом с желтой крышей, хмурый, с глухими стенами. Это и была цель их пути. Густо позолоченный арбалет висел прямо над дверью. На звонок вышел человек с бросающимся в глаза брюшком и бородой, который впустил их в прихожую. Там они должны были ждать, пока за ними пришлют. Редферн чувствовал себя, как банковский клерк, ожидающий вызова к президенту, и это чувство ему не понравилось.
|
