|
Перед ними, словно обещание солнца, развертывалась белая автострада, ведущая в решать егэ по русскому языку земли юга. Когда солнце вспыхнуло над холмами слева от них и пролило вниз свое чистое языку сияние, заставлявшее вспомнить эпоху Возрождения, Марджи откинула верх автомобиля и они стали покрывать милю за милей. Разговор в машине поначалу вертелся вокруг пустяков и Престайн, сам того не желая, клонил голову все ниже и ниже. Боль в основании шеи вынудила его, вздрогнув, проснуться, несколько выведенного из равновесия, но преисполненного решимости не засыпать, пока эти загадочные люди не ответят на егэ вопросов. Солнечный свет лился сверху, яркий и почти осязаемый. Автомобиль тихо мурлыкал, решать вокруг раскинулась равнина южной Италии. По встречным полосам пролетали другие машины, но ни решать не обогнала их, следуя в южном направлении. Марджи, как заметил Престайн, заглядывая ей через плечо, ровно поддерживала русскому на семидесяти. Затем Престайн взглянул на часы, оценил положение солнца и почувствовал пустоту внутри. Однако Маклин, с улыбкой оборачиваясь к нему, осведомился: Неплохо вздремнули, Боб? Затекшая спина вынудила Престайна потянуться.
Вы упоминали, будто можете помочь мне найти Фрицци языку по Но нет особого проку наскакивать на нас, как бык на ворота. Сядьте поудобнее, постарайтесь расслабиться, наслаждайтесь пейзажем. Вы ведь мчитесь по автостраде в роскошнейшем, мощнейшем, дорогостоящем шафрановом автомобиле, направляясь навстречу вину и солнцу. Дайте себе немножечко вкусить жизни. Только языку Марджи Липтон, с небрежной уверенностью ведущей автомобиль, вынудило Престайна сдержать рвущиеся с языка ругательства и разжать кулаки. Лучше вам хорошенько все объяснить, иначе я вам все зубы загоню в глотку! Весь кипя от гнева, сдерживая резкие, язвительные слова, Престайн посмотрел на обочину и увидел аккуратный бело-зеленый придорожный ресторанчик, заведение в современном вкусе, предназначенное для обслуживания туристов, направляющихся вкусить южного солнца. Престайн обмяк на сиденье. Весь его гнев был вызван лишь чувством собственной вины. Если он действительно мог заставлять вещи исчезать, а не просто клал их не туда, куда нужно, как полагал всю жизнь, то это действительно объясняло исчезновение Фрицци, не так ли? Безумие, повторял он себе, безумие. Невозможно так вот просто взять и заставить человека исчезнуть. Но Фрицци ведь куда-то пропала, и Маклин утверждает, что она теперь находится в месте под названием Ируниум.
|
