|
У него-то сложилось впечатление, явно ошибочное, будто Фрицци птенец, только что вышедший из гнезда, несмотря на ее род занятий и егэ ей позу. Он почти ожидал, что телефон вот-вот вновь зазвонит, пока он бреется. Престайн егэ определенное возбуждение. В конце концов, ему впервые в жизни представилась возможность принимать у себя настоящую живую графиню в столь ранний час. Конечно, он хорошо сознавал, что на самом деле его волнует только тесты дружба с Фрицци; все утонченное очарование, исходящее от этой европейской дамы, при обычных обстоятельствах ничуть не затронуло бы его чувств. Не так предметам он гонялся за утонченностью. Даже во время их предметам знакомства с Фрицци влечение к ней смешивалось у Престайна с жалостью из-за ее попыток изображать утонченность.
Он увидел, что дверь отошла внутрь, мельком увидел тесту егэ по всему предмету коридора, оклеенную обоями под мрамор, которую тотчас заслонила движущаяся фигура. Затем Престайн сердито шагнул вперед, взмахивая руками, как будто отгоняя овец, и возопил: Что вам нужно, почему вы врываетесь в мою комнату в такой час ночи! Престайн сам был поражен собственной горячностью. Человек в дверях аккуратно переместил ладонь с наружной ручки двери на внутреннюю. Затем, перемещаясь с почтительностью хорошо вышколенного дворецкого старых тесты он закрыл дверь и щелкнул задвижкой. Престайн стоял, как вкопанный, лишившись от гневного возмущения дара речи. Вошедший снял бесформенную переливчато-черную шляпу и небрежно бросил ее на кресло. Он очаровательно улыбнулся Престайну. Поверх остальной одежды этот человек носил серый плащ с капюшоном. Под плащом на нем имелся облегающий костюм для гольфа цвета горчицы с перцем, броского и немодного покроя. Пришелец держал толстую, солидного вида трость с серебряным набалдашником. Он вполне мог бы, сообразил Престайн, шагнуть сюда прямо из 1890-х годов. Престайн узнал его голос. Дэвид Маклин, не так ли? Это вы мне только что звонили?. Да, это так, Маклин захохотал веселым булькающим смехом. Его густые волосы сияли под светом ламп пергаментной белизной странное сравнение, подумал по Его лицо, худое, однако с пухлыми румяными щеками, лучилось здоровым юмором живой портрет Санта-Клауса на диете. Очевидно, независимо от егэ он в отличной спортивной форме. Некоторая лихость осанки, какие-то детали жестикуляции узких желтоватых рук, посадка головы или интонация речи подсказывали Престайну образ крепкого старикана, из которого порох не посыплется в любую погоду. Этот человек по имени Маклин был окутан какой-то аурой.
|
