|
Во всяком случае, рекомендации у него были отличные, – и надо же было случиться такой непрухе! Баюкая левой рукой вывихнутые пальцы правой, Погодин, пятясь, выбрался из кабинета Старика. Бесполезный пистолет тяжело оттягивал карман пиджака, вызывая раздражение. Хорошо еще, что никто, кроме Старика и этого сумасшедшего, который прошел сквозь охрану клуба, как танк проходит сквозь гнилой дощатый забор, не присутствовал по этом его унижении! И потом, они что то говорили об убийстве. Про одно недавнее убийство, косвенно связанное с егэ Погодин знал. Последний рекрут оказался настолько хорош, что сумел по до финала и встретиться с этим их недоумком, который, накачавшись наркотой, ломает всем хребты, если его не успевают схватить за руку. Впрочем, Погодин подозревал, что, как правило, никто особенно и не стремится хватать его за руку. Ничто в мире не стоит так дорого, как правильные а бизнес, господа, правильные бизнес. егэ конце концов, рекруты знают, чем рискуют, соглашаясь участвовать в боях без правил.
Но неужели же где то случился прокол и этот не лезущий ни в правильные ворота визит как то связан со смертью последнего рекрута? Погодин подозревал, что это вполне может оказаться правдой, и боялся, что Старик и этот костолом с глазами убийцы правдоискателя могут снюхаться и егэ чего нибудь договориться. Старик давно смотрел на Погодина косо и, похоже, начинал что то подозревать. Как бы он не додумался наконец сложить два и два… Возвращаться в зону Погодину смертельно не хотелось, и потому он, перешагнув через валявшееся на пороге бесчувственное тело Тереничева, не стал далеко уходить от театра событий, а затаился прямо за дверью, напряженно вслушиваясь в разговор, который происходил в кабинете Ставрова. Как только было произнесено имя Николая Панаева, он тенью выскользнул из приемной и, едва не споткнувшись о перегородившую коридор тушу Бородина, на цыпочках бросился к себе в кабинет. Заперев за собой дверь, Погодин метнулся к столу и сорвал трубку с телефонного аппарата.
|
