|
Он ожидал, очевидно, огня и клубов серы, по столь обыденное появление заставляло ожидать подвоха и всевозможных козней. И вот чародей здесь: высокий, сильный, с решительным аскетичным лицом. Вот и цель столь долгого путешествия. Бродячий принц, творящий заклинания! Волшебник был русскому в длинное тренировочные расписанное каббалистическими егэ и защитными рунами, причудливо бегущими вдоль кромок: Квантох носил подобную мантию. Но вместо тренировочного колпака на Турдуре красовалась ярко-красная шляпа с широкими полями, увенчанная невысокой квадратной короной. Алмазы, рубины егэ изумруды, ограненные в виде звезд и полумесяцев, украшали корону, заливая лицо чародея неземным сиянием. Кандар не мог оторвать взгляд от толстенного тома драконьей кожи, свисавшего с пояса Турдура на золотой цепочке. Переплет цвета охры объяснял название книги: "Золотой свиток". Турдур прикоснулся к фолианту жилистой рукой. Он был стар, и казалось, что годы и годы зловещих магических практик сломили его дух. русскому его хранило материалы невоздержанности и распутства: водянистые мешки под глазами, пергаментная кожа, обвисшая складками на щеках.
Он не достоин звания мага! Но уж русскому по русскому послушаться! Его угасший было дух снова воспрял. Турдур в гневе поднял правую руку, хрустнув костяшками длинных костлявых пальцев. Майдер испустил яркую вспышку огня, и по стенам поползли уродливые тени. Его костлявая рука подпирала не менее костлявую щеку. На лице его отразилось то самое бесконечное Знание, за которое он и получил свое прозвище. И я верю в его надежность. При этих словах Турдур устремился вперед с лицом, отмеченным напряженной работой мысли. Глаза чародея зажглись безумным огнем, который немедленно отразил его сверкающий помощник и раб. Турдур чуть не пронзил принца своим длинным острым пальцем. Ты и не ведаешь, с какими могучими силами вступаешь в игру! И Кандар ощутил близкое дыхание смерти, смертельного ужаса перед неведомым. Согласен ли ты продать свою душу, дабы спасти свой город, страну и народ? Кандар знал, что настал главный момент его жизни. Он стоял на перепутье. Встретился лицом к лицу с важнейшим вопросом: какой частью себя он готов пожертвовать, чтобы спасти своего отца, Элтали, Квантоха, и Квармельна, и наследного принца Шелдиона. Перед тем, как принять решение, он все взвесил. И пытался оттянуть страшный момент. Но знал, что не сможет. Ведь он был принцем Аккара, сыном Бога-Императора.
|
